Изучение проблемы детского аутизма в России / Альманах №19 / Архив / Альманах Института коррекционной педагогики
АЛЬМАНАХ Института коррекционной педагогики
Альманах №19 "Детский аутизм: пути понимания и помощи"

Изучение проблемы детского аутизма в России

О.С. Никольская ФГНУ «Институт коррекционной педагогики» Российской академии образования, Москва

Тема детского аутизма начинает активно привлекать внимание специалистов в нашей стране примерно с конца 60-х годов. Первоначально она разрабатывалась детскими психиатрами (С.С. Мнухин, А.Е. Зеленецкая, Д.Н. Исаев, 1967; О.П. Юрьева, 1970; М.Ш. Вроно, В.М. Башина, 1975; М.С. Вроно, 1976; В.М. Башина, 1980; В.Е. Каган, 1981; К.С. Лебединская с сотр, 1981). Ранее подобные детские проблемы были известны и исследовались, но рассматривались в рамках детской шизофрении или шизоидной (аутистической) психопатии (Т.П. Симсон, 1929, 1948; Г.Е. Сухарева,1925, 1937, 1959, М.О. Гуревич, 1927, 1932). Представления о том, что проявления детского аутизма могут трактоваться не только как симптомы болезни, но и как признаки нарушения развития, и попытки их разграничить начинают разрабатываться тоже детскими психиатрами. О.П. Юрьева (1970) показывает, что психический дизонтогенез может предварять начало психического заболевания. В.М. Башина (1975, 1980) не только изучает проявления детского аутизма, предшествующие началу заболевания и проявляющиеся в его процессе, но и выделяет конституциональные формы детского аутизма.

Мнение о том, что причиной детского аутизма может быть особая органическая недостаточность центральной нервной системы, также начинает формироваться достаточно рано (С.С. Мнухин, А.Е. Зеленецкая, Д.Н. Исаев, 1967). В 1981 году в своей монографии В.Е. Каган рассматривает возможности сложного взаимодействия различных патологических факторов и выявления нейропсихологических механизмов формирования синдрома детского аутизма. К середине 80-х годов становится распространенным понимание возможной полиэтиологии детского аутизма. В то же время, характерно, что отечественная психиатрия до сих пор сохраняет убеждение, что синдром детского аутизма может проявиться в рамках ранней детской шизофрении, и, как мы знаем, она расходится в этом вопросе с представлениями западной школы. В значительной мере это связано с традиционно сложившимися различиями в определении самой детской шизофрении. Уже Г.Е. Сухарева и Т.П. Симпсон, принадлежащие к основоположникам отечественной детской психиатрии, выделяют среди ее клинических форм два типа течения: острый и вялый, проявляющийся в более раннем возрасте симптоматикой, тесно связанной с проблемами психического развития ребенка. С вялым течением заболевания и связывается в отечественных представлениях возможность формирования синдрома детского аутизма в рамках ранней детской шизофрении.

Психологическое изучение феномена детского аутизма и поиск новых форм помощи детям с аутизмом в психическом и социальном развитии начинаются у нас с 70-х годов прошлого века. По инициативе К.С. Лебединской в Институт Дефектологии АПН СССР (теперь Институт коррекционной педагогики РАО) для экспериментальной работы с аутичными детьми с 1975 г. начинают привлекаться психологи, выпускники и дипломники МГУ, ученики известного детского психолога В.В. Лебединского. В 1978 году в Институте Дефектологии под руководством К.С.Лебединской открывается первая в стране экспериментальная группа медико-психолого-педагогической коррекции детского аутизма. Это был одновременно практический и исследовательский проект изучения проблем развития детей и оказания им специальной помощи в психическом развитии.

Предметом исследования становились возможности организации развивающего взаимодействия, специфика поведения детей, долгосрочные истории их развития (в настоящее время часть из них отслеживается более 30-ти лет), а также результаты и динамика ведущейся коррекционной работы. Особое внимание уделялось сбору данных об особенностях раннего развития, сведения о котором собирались в процессе многократных бесед с родителями и близкими детей, на основе анализа данных домашнего фото-, позже – видеоархива. Коррекционная работа в тесном контакте и взаимодействии с семьей ребенка также велась специалистами в течение многих лет, совместно оценивалась динамика его психического и социального развития.

В накапливаемом опыте этой работы складывался наш подход к пониманию проблем ребенка с аутизмом, выделялись направления и методы коррекционной работы. В течение всего этого времени мы следили за тенденциями мирового процесса изучения детского аутизма, были в курсе результатов исследований и формирования разных подходов к психолого-педагогической помощи ребенку с аутизмом, однако, непосредственные контакты с коллегами, по известным причинам, начали развиваться лишь в 90-х годах прошлого века. Эти контакты не только дали нам возможность получения более полной информации и ассимиляции общепринятых подходов, но и позволили точнее выделить специфику собственного понимания проблемы и, соответственно, представлений о помощи, нужной ребенку с аутизмом, методах и средствах ее оказания.

Мы разделяем общепринятое понимание того, что в основе нарушения психического развития при аутизме лежит особая биологическая дефицитарность, характер которой еще недостаточно изучен, и, в то же время, уверены, что условия воспитания такого ребенка могут как усугубить, так и смягчить его трудности. Уверены, в частности, потому, что обладаем собственным многолетним опытом результативной психолого-педагогической коррекционной работы при аутизме (т.е. опытом специально организованного воспитания и обучения аутичных детей). Биологическая дефицитарность при аутизме недостаточно прояснена, но уже сейчас становится понятно, что она имеет системный характер, сочетая в себе не только трудности созревания и формирования нервной системы, но и проявляющиеся у многих детей проблемы обмена веществ, иммунитета, эндокринной системы, пищеварения. Поэтому медикаментозное лечение, к которому в разные периоды жизни приходится прибегать практически каждому ребенку с аутизмом, особенно сложно, и далеко не всегда дает желаемые результаты, в связи с чем основным направлением помощи до сих пор остается психолого-педагогическая работа.

Формулируя принципы организации комплексной медико-психолого-педагогической помощи детям с аутизмом, К.С. Лебединская (1994) говорила о необходимости рассмотрения медикаментозного лечения как терапии, поддерживающей развитие ребенка. Задачи лечения она видела не в сглаживании отдельных патологических проявлений, что позволяет сделать ребенка более «нормальным» и «удобным», а в помощи развитию его взаимодействия с близкими и специалистами. Таким образом, к решению вопроса о необходимости медикаментозного воздействия, выбора его мишеней и оценки эффективности, она подходила на основе понимания общих законов психического развития и специфике его нарушения у аутичного ребенка, согласуясь при этом с логикой построения психокоррекционной работы. Но также и логика психокоррекционной работы в традиции отечественной дефектологии исходит из понимания общих закономерностей психического развития и его особенностей при детском аутизме.

Известно, что нарушение психического развития ребенка с аутизмом имеет первазивный характер, что за сложностями эмоционального контакта, коммуникации и социального развития, стереотипностью такого ребенка, стоят множественные и разнородные трудности. Первоначально клинические, нейрофизиологические и нейропсихологические исследования, проводимые специалистами, больше обращали внимание на снижение активности и специфику реакций аутичного ребенка на сенсорные стимулы, часто проявляющуюся в особой ранимости. Клинические и этологические исследования добавили к этому данные о снижении у него порога дискомфорта в восприятии новизны и социальных стимулов. Все это отражало неблагополучие ребенка в аффективной сфере, и могло трактоваться как основная причина избегания слишком активных социальных контактов, сопротивления изменениям, а также фиксации страхов, действительно часто связанных с гиперчувствительностью ребенка.

Последующие исследования выявили и значительное неблагополучие в когнитивной сфере аутичного ребенка. Психофизиологические и психологические экспериментальные исследования представили свидетельства о трудностях развития функциональных систем, отвечающих за организацию процессов восприятия и целенаправленного поведения. Экспериментальные исследования представили данные о проблемах формирования всех психических функций (прежде всего, в области их использования для решения реальных жизненных задач): неадекватности сенсомоторного развития задаче овладения умениями, необходимыми каждому ребенку в быту; неиспользовании ребенком речи как средства коммуникации; несформированности мышления как средства дифференциации и обобщения бытовых представлений об окружающем. Известна фрагментарность картины мира такого ребенка, затруднения в выделении причинно-следственных связей, бедность функциональной и сюжетной игры, сложность переноса выработанных навыков в новую ситуацию. Среди проблем социального развития типичны наивность, непонимание неоднозначности складывающихся обстоятельств, трудности распознавания и понимания эмоциональных проявлений, намерений, мыслей, чувств других людей, что характерно даже для самых интеллектуально высоких детей с аутизмом.

Известные нам гипотезы о природе и структуре выявленных проблем не были направлены на осмысление целостной картины синдрома детского аутизма. Специалисты, акцентирующие значение снижения порогов дискомфорта, и связывающие именно с этим обстоятельством формирующиеся страхи и стереотипные установки ребенка, дефицитарность его взаимодействия с близкими, описывали в большей степени аффективные расстройства и не стремились включить в складывающуюся картину детского аутизма несомненные трудности понимания ребенком происходящего, речевого развития, организации внимания и переработки информации.

Исследователи, сосредоточившиеся на когнитивных проблемах детей с аутизмом, не уделяют достаточного внимания их хроническому дискомфорту. Здесь также выдвигаются гипотезы, касающиеся отдельных аспектов детского аутизма. Так, например, U. Frith (1989) высказывает предположение о причине фрагментарности картины мира при аутизме, связывая ее с ослаблением общей когнитивной способности к объединению отдельных впечатлений в единое целое. S.Baron-Cohen, (1985, 1993), U. Frith, (1989); U. Frith, F. Hope (1994) связывают социальную дефицитарность аутичного ребенка с нарушением способности формировать представление о внутреннем мире другого человека (имеющихся у него знаниях, чувствах, намерениях, определяющих логику его поведения). Существуют и гипотезы, намечающие более широкий круг когнитивных расстройств при аутизме: дефицитарность процессов сенсорной интеграции, несостоятельность «управляющих» или «регуляторных» функций, отвечающих за организацию процессов внимания, памяти, активной переработки информации. Указывается, что эти проблемы проявляются в сложности приспособления детей к меняющимся обстоятельствам, и являются причиной их жесткого сопротивления любым изменениям, трудностей коммуникации и социального развития.

Печать
Библиография
Распечатать фрагмент
Поделитесь нашими статьями с Вашими друзьями
Никольская, О.С.  Изучение проблемы детского аутизма в России [Электронный ресурс] / О.С. Никольская // Альманах Института коррекционной педагогики. – 2014. –  Альманах №19. – Электрон. ст. - Режим доступа: http://alldef.ru/ru/articles/almanah-19/izuchenie-problemy-detskogo-autizma-v