Наследственные причины нарушения слуха у детей, использующих систему кохлеарной имплантации / Альманах № 42 / Архив / Альманах Института коррекционной педагогики
АЛЬМАНАХ института коррекционной педагогики
Альманах № 42 "Кохлеарная имплантация: новые исследования медиков, психологов, педагогов"

Наследственные причины нарушения слуха у детей, использующих систему кохлеарной имплантации

Т.Г. Маркова ФГБУ «РНКЦ АиС ФМБА России», Москва
В.В. Бахшинян ФГБУ «РНКЦ АиС ФМБА России», Москва
А.А. Мошенский ФГБОУ ДПО РМАНПО МЗ РФ, Москва
М.В. Гойхбург ФГБУ «РНКЦ АиС ФМБА России», Москва
С.С. Чибисова ФГБУ «РНКЦ АиС ФМБА России», Москва

Несмотря на значительные успехи в области кохлеарной имплантации (КИ) чрезвычайно актуальным остается вопрос прогнозирования результатов КИ в отношении развития слухового восприятия и речевого развития детей 1, 2, 3. Внедрение универсального аудиологического скрининга новорожденных во всем мире и методов ранней диагностики врожденной тугоухости в последние годы привели к существенному уменьшению возраста детей кандидатов на КИ 4, 5. Своевременно проведенная операция способствует нормальному интеллектуальному развитию детей и их адекватной интеграции в общество. В этом смысле генетические тесты оказались очень важны 6.

Достоверное подтверждение наследственной этиологии нарушения слуха у ребенка позволяет рассчитывать на благоприятное течение его реабилитации после кохлеарной имплантации и более благополучное развитие слухового восприятия, коммуникации и речи ребенка. Дело в том, что при наследственных нарушениях слуха в большинстве случаев мутации в генах, кодирующих мембранные, регуляторные и структурные белки внутреннего уха, приводят к нарушению работы волосковых клеток, и соответственно, к периферической тугоухости, при которой слуховой нерв не поврежден 7, 8, 9, 10. Таким образом, с точки зрения генетики, кохлеарная имплантация показана для большого числа наследственных форм тугоухости, что получило подтверждение на практике. При мутациях в гене GJB2, синдроме Ваарденбурга I типа (ген РАХ3) и II типа (ген MITF), синдроме Ушера I типа (ген MYO7A), синдроме Пендреда (ген SLC26A4), бранхио-ото-ренальном синдроме (ген EYA1) и других отмечены хорошие результаты после операции 11, 12, 13, 14, 15.

Как известно, генетические причины глухоты многообразны. В группе детей с врожденной и ранней детской тугоухостью на ген GJB2 приходится более 50 % случаев, на другие гены около 25 % случаев, поэтому отсутствие мутаций в гене GJB2 не исключает возможность другой генетической причины 16, 17. Экзогенные причины, включая врожденные инфекции (краснуха, цитомегаловирус, токсоплазмоз, сифилис), глубокая недоношенность, менингиты, тяжелое поражение ЦНС, предположительно составляют оставшиеся 25 %. С точки зрения клиники, несмотря на сходство формулировок диагноза возможны значимые различия, сопутствующая патология.

Если нарушение слуха – это единственный симптом заболевания, то говорят о несиндромальной тугоухости. Если нарушение слуха сопровождается патологией других органов и систем, то говорят о синдроме или синдромальной форме тугоухости. Клинические признаки синдрома могут проявляться одновременно с нарушением слуха, а могут появляться не сразу, и даже в разном возрасте. Например, сначала обнаруживается тугоухость, а по прошествии времени – нарушение зрения.

Синдромы, сопровождающиеся значительными аномалиями развития внутреннего уха, патологией слухового нерва, сочетающиеся с умственной отсталостью или пороками развития головного мозга не исключают возможности прогресса ребенка, но при этом не оставляют надежды на сопоставимое с нормой речевое развитие 18.

По типу наследования различают аутосомно-рецессивную тугоухость, обусловленную двумя рецессивными мутациями, которые проявляются только при встрече двух измененных вариантов гена от папы и от мамы. Они не проявляются, когда они находятся только в одном гене на одной хромосоме, а на второй хромосоме второй аллель не несет мутации. Доминантная тугоухость связана с доминантной мутацией, которая находится только на одном аллеле и проявляется независимо от второго варианта гена в генотипе. В этом случае, как правило, один из родителей и другие родственники имеют нарушение слуха.

Родители, имеющие одного и более детей с нарушением слуха, делятся, как показывают наши исследования, на две группы. Почти 80 % родителей имеют нормальный слух, что демонстрирует преобладание рецессивных наследственных форм у детей при врожденной тяжелой тугоухости. В этой группе частой причиной тугоухости являются мутации гена GJB2. В 67 % случаев наследственной тугоухости у детей в семьях не зафиксировано других родственников с нарушением слуха, что часто заставляет родителей сомневаться в результатах анализа, но никак не противоречит рецессивному типу наследования. Это важно понимать и разъяснять родителям.

Группа глухих родителей, как показали наши исследования, в 95 % случаев имеет мутации в гене GJB2. Таким образом, в большинстве случаев объединяет эти группы одно заболевание, двусторонняя врожденная тугоухость / глухота, обусловленная мутациями в гене GJB2. Наш собственный опыт и многочисленные зарубежные работы отмечают, что дети с данной формой наследственной тугоухости / глухоты, имеют отличные результаты слухоречевой реабилитации после КИ 19, 20, 21, 22.

Ген GJB2, кодирует белок коннексин 26, который является структурной субъединицей коннексиновых каналов, ответственных за гомеостаз ионов К+ в улитке. Результатом рецессивных мутаций данного гена является врожденная двусторонняя несиндромальная сенсоневральная тугоухость / глухота. Нарушение слуха является единственным симптомом заболевания. Другие проблемы со здоровьем встречаются редко и соответствуют их частоте в общей популяцией. В этих случаях главные структурные элементы внутреннего уха, волосковые клетки, не могут воспринимать звук и преобразовывать его в электрический сигнал из-за отсутствия или неправильной работы коннексиновых каналов. Эти каналы расположены в межклеточных щелевых контактах поддерживающих клеток и отвечают за ионный гомеостаз улитки, который важен именно для слуха. Белок коннексин 26 есть во многих других тканях, но мутации в этом гене нарушают только слух.

Если мутации в гене коннексина 26 не выявлены, необходимо исключать мутации в других генах. К сожалению, большинство этих генов имеют довольно крупные размеры и их анализ не так прост, как анализ гена GJB2. Проанализировать каждый ген друг за другом всегда было чрезвычайно трудно – это занимало много времени и требовало больших финансовых затрат. В настоящее время поиск мутаций в сотнях генах одновременно стал возможен благодаря новым технологиям 23, 24.

Проведенные на современном этапе исследования сурдопсихологов и сурдопедагогов позволили доказать необходимость психолого-педагогической реабилитации семьи и ребенка после КИ, теоретически обосновать и экспериментально подтвердить 25, 26. Показано, что проведение высокотехнологичной операции КИ создает необходимые предпосылки, но не приводит ребенка с КИ автоматически в 100 % случаев к переходу на путь развития слухового восприятия, коммуникации и речи, характерный для нормально слышащего ребенка. Сегодня уже ясно, что требуется сочетание КИ с эффективной реабилитацией, причем не только ребенка, но и его семьи, поскольку необходимо перестроить взаимодействие родителей, бабушек и дедушек с ребенком, опираясь уже на новую сенсорную основу, чтобы запустить развитие слухового восприятия и речи, характерное для нормально слышащего ребенка 27.

Наш опыт показывает, что восприятие и развитие речи после кохлеарной имплантации может быть недостаточным из-за отсутствия регулярных реабилитационных занятий, когда родители недопонимают свою роль в реабилитации или не участвуют в ней совсем, считая, что достаточно занятий с сурдопедагогом. В случаях GJB2-тугоухости на фоне хорошего здоровья мы с большой вероятностью усматриваем в этом причину недостаточного успеха в развитии ребенка после КИ.

Число специалистов должно быть достаточным для обеспечения полноценной реабилитации всем детям. Необходимо повысить статус сурдопедагогов, создать условия для их работы, разъяснять значение сурдопедагога в реабилитации детей с нарушением слуха. Наши родители на первичном этапе нуждаются и в поддержке психолога, которая возможна параллельно с реабилитацией ребенка, обучением родителей приемам взаимодействия с ним на новой сенсорной основе. Требуется междисциплинарное взаимодействие – коллаборация врачей со специалистами психолого-педагогического профиля в деле помощи родителям, начиная с исходных этапов кохлеарной имплантации, формирования у них понимания роли реабилитации, отслеживания благополучия развития детей после КИ в различных аспектах, правильного выполнения семьей рекомендаций и подробных разъяснений в случае ошибок или выраженных трудностей.

В заключении подчеркнем роль генетиков в междисциплинарном взаимодействии специалистов, работающих в сфере КИ и постоперационной реабилитации. Всем участникам этого процесса важно понимать генетический аспект проблемы КИ, знать, что дети с наследственной тугоухостью благодаря КИ и успешной реабилитации переходят на путь развития нормально слышащего ребенка и имеют все шансы интегрироваться в общую популяцию, что так же важно и для их будущей жизни, поскольку частота мутаций в общей популяции составляет 1 на 25 человек, а в среде лиц с нарушением слуха измененный генотип имеет каждый второй. Важность генетической диагностики в этом аспекте не вызывает сомнений.

Печать
Библиография
Распечатать фрагмент
Поделитесь нашими статьями с Вашими друзьями
Маркова Т.Г., Бахшинян В.В., Мошенский А.А., Гойхбург М.В., Чибисова С.С. Наследственные причины нарушения слуха у детей, использующих систему кохлеарной имплантации // Альманах Института коррекционной педагогики. 2020. Альманах № 42 URL: https://alldef.ru/ru/articles/almanac-42/nasledstvennyie-prichinyi-narusheniya-sluxa-u-detej,-ispolzuyushhix-sistemu-koxlearnoj-implantaczii (Дата обращения: 22.01.2021)
Список литературы
  1. Дети с кохлеарными имплантами. Научно-популярное издание. Под ред. Кукушкиной О.И., Гончаровой Е.Л. М.: Национальное образование; 2017.
  2. Кукушкина О.И., Гончарова Е.Л. Реабилитация детей с кохлеарным имплантом как перевод на путь естественного развития слухового восприятия, коммуникации и речи. Вестник оториноларингологии. 2018;83(2): 26-29.
  3. Маркова Т.Г., Мегрелишвили С.М., Зайцева Н.Г., Шагина И.А., Поляков АВ. ДНК-диагностика при врожденной и ранней детской тугоухости/глухоте. Вестник оториноларингологии. 2002;6:12-15.
  4. Маркова Т.Г., Некрасова Н.В., Шагина И.А., Поляков А.В. Генетический скрининг среди детей с врожденной и ранней детской тугоухостью. Вестник оториноларингологии. 2006;4:9-14.
  5. Сатаева А.И. Четыре сессии работы сурдопедагога на запускающем этапе реабилитации ребенка с кохлеарным имплантом. Вестник оториноларингологии. 2016; 81(6): 54–57.
  6. Таварткиладзе Г.А. Руководство по клинической аудиологии. М.: Издательство Медицина; 2013.
  7. Чибисова С.С., Цыганкова Е.Р., Маркова Т.Г. Универсальный аудиологический скрининг новорожденных: достижения и проблемы. Вестник оториноларингологии. 2014;2:49-53. Доступно по: http://mediasphera.ru/issues/vestnik-otorinolaringologii/2014/2/030042-46682014211. Ссылка активна на 17.03.2016
  8. Angeli S.I., Suarez H., Lopez A., Balkany T.J., Liu X.Z. Influence of DFNB1 status on expressive language in deaf children with cochlear implants. Otology Neurotology. 2011;32(9):1437–1443. doi: 10.1097/MAO.0b013e31823387f9
  9. Diaz-Horta O., Duman D., Foster J. 2nd, Sırmacı A., Gonzalez M., Mahdieh N., Fotouhi N., Bonyadi M., Cengiz F.B., Menendez I., Ulloa R.H., Edwards Y.J., Züchner S., Blanton S., Tekin M. Whole-exome sequencing efficiently detects rare mutations in autosomal recessive nonsyndromic hearing loss. PLoS One. 2012;7(11):e50628. doi: 10.1371/journal.pone.0050628. Epub 2012 Nov 30. PMID: 23226338; PMCID: PMC3511533.
  10. Eppsteiner R.W., Shearer A.E., Hildebrand M.S., DeLuca A.P., Dunn H.Ji.C.C., Black-Ziegelbein E.A., Casavant T.L., Braun T.A., Scheetz T.E., Scherer S.E., Hansen M.R., Gantz B.J., Smith R.J.H. Prediction of cochlear implant performance by genetic mutation: the spiral ganglion hypothesis. Hearing Research. 2012;292(1-2):51–58. doi: 10.1016/j.heares.2012.08.007
  11. Green G.E., Scott D.A., McDonald J.M., Teagle H.F.B., Tomblin B.J., Spencer L.J., Woodworth G.G., Knutson J.F., Gantz B.J., Sheffield V.C., Smith R.J.H. Performance of Cochlear implant recipients with GJB2 related deafness. American Journal of Medical Genetics. 2002;109(3):167–170. doi: 10.1002/ajmg.10330
  12. Kukuskina O., Goncharova E., Malofeev N., Satayeva A. Deaf Children after Cochlear Implantation: Transformation of the Speech Therapist Professional Competencies. ARPHA Proceedings. Proceedings IFTE-2020, VI International Forum on Teacher Education.2020; 1315-1329. doi:10.3897/ap.2.e1315
  13. Lustig L.R., Lin D., Venick H., Larky J., Yeagle J., Chinnici J., Polite C., Mhatre A.N., Niparko J.K., Lalwani A.K. GJB2 gene mutations in cochlear implant recipients: prevalence and impact on outcome. Arch Otolaryngol Head Neck Surg. 2004;130(5):541-6.
  14. Markman T.M., Quittner A.L., Eisenberg L.S., Tobey E.A., Thal D., Niparko J.K., Wang N.Y., CDaCI Investigative Team. Language development after cochlear implantation: an epigenetic model. Journal of Neurodevelopmental Disorders. 2011;3:388–404. doi: 10.1007/s11689-011-9098-z
  15. Roeser R.J., Valente M., Hosford-Dunn H., eds. Audiology. Diagnosis. 2nd ed. Thieme NY-Stuttgart, 2006.
  16. Taitelbaum-Swead R., Brownstein Z., Muchnik C., Kishon-Rabin L., Kronenberg J., Megirov L., Frydman M., Hildesheimer M., Avraham K.B. Connexin-associated deafness and speech perception outcome of cochlear implantation. Arch Otolaryngol Head Neck Surg. 2006;132(5):495-500.
  17. Tajudeen B.A., Waltzman S.B., Jethanamest D., Svirsky M.A. Speech perception in congenitally deaf children receiving cochlear implants in the first year of life. Otology Neurotology. 2010;31(8):1254–1260. doi: 10.1097/MAO.0b013e3181f2f475
  18. Toriello H.V., Reardon W., Gorlin R.J. Hereditary hearing loss and its syndromes. 2nd ed. Oxford (NY); 2004.
  19. Usami S.I., Nishio S.Y., Moteki H., Miyagawa M., Yoshimura H. Cochlear Implantation From the Perspective of Genetic Background. Anat Rec (Hoboken). 2020;303(3):563-593. doi:10.1002/ar.24360
  20. Vivero R.J., Fan K., Angeli S., Balkany T.J., Liu X.Z. Cochlear implantation in common forms of genetic deafness. International Journal of Pediatric Otorhinolaryngology. 2010;74(10):1107–1112. doi: 10.1016/j.ijporl.2010.06.010
  21. Wiley S., Choo D., Meinzen-Derr J., Hilbert L., Greinwald J. GJB2 mutations and additional disabilities in a pediatric cochlear implant population. Int J Pediatr Otorhinolaryngol. 2006;70(3):493-500. Epub 2005 Sep 9.
  22. Wu С.С., Lee Y.C., Chen P.J., Hsu C.J. Predominance of genetic diagnosis and imaging results as predictors in determining the speech perception performance outcome after cochlear implantation in children. Archives of Pediatrics and Adolescent Medicine. 2008;162(3):269-276. doi: 10.1001/archpediatrics.2007.59.
Лицензия Creative Commons
Это произведение доступно по лицензии Creative Commons «Attribution-NonCommercial-NoDerivs» («Атрибуция — Некоммерческое использование — Без производных произведений») 3.0 Непортированная.
Статьи выпуска: