Альманах №54
30.12.2023 Дата публикации статьи: 30.12.2023
Альманах №54 · Дефектологический нон-фикшн
Альманах №54 · Дефектологический нон-фикшн

История специального образования: новое фундаментальное исследование и увлекательное чтение

Гончарова Е.Л. Ленинградский государственный университет им. А.С. Пушкина, Санкт-Петербург
Кукушкина О.И. Ленинградский государственный университет им. А.С. Пушкина, Санкт-Петербург
Малофеев Н.Н. Как это было в Отечестве: Практика обучения детей с нарушением слуха в Российской империи (1806–1917 годы) / Н.Н. Малофеев. – М.: Наука, 2023. – 381 с. - ISBN 978-5-02-041014-5

Событие научной жизни

В 2023 году в издательстве «Наука» опубликована монография Н.Н. Малофеева «Как это было в Отечестве, или Практика обучения детей с нарушением слуха в Российской империи (1806–1917 годы)», отражающая результаты нового фундаментального исторического исследования в дефектологии, выполненного в ЛГУ имени А.С. Пушкина.

Появление этой книги стало событием научной жизни сообщества сурдопедагогов, дефектологов, историков, изучающих возникновение и развитие благотворительности в России, становление отечественной образовательной системы. В монографии впервые представлена полная, подробная и документально подтвержденная столетняя история образования глухих детей в дореволюционной России. На обширном историческом материале убедительно доказана взаимосвязь между социокультурным контекстом жизни страны и вероятностью появления образовательных учреждений для лиц с нарушением слуха, их жизнестойкостью, темпом и характером развития, долгосрочностью перспективы существования. Исследования такого масштаба, документальной точности и оригинальности замысла отечественная сурдопедагогика прежде не знала.

Цель. Методология. Результаты исследования

Целью выполненного исследования было восстановление исторической картины становления практики обучения детей с нарушениями слуха в границах Российской империи, охватывающей все виды создаваемых специальных образовательных учреждений, включающей историю каждого сурдопедагогического «Дома», появляющегося на карте страны в период 1806 – 1917 гг.

Методологической основой исследования был выбран цивилизационный подход, исключающий простое хронологическое изложение исторических фактов и предполагающий их осмысление в широком социокультурном контексте. Академик Н.Н. Малофеев остается верным цивилизационному подходу, выбранному им еще при написании докторской диссертации (1996), благодаря чему и в этом исследовании он рассматривает вопросы, не возникавшие ранее у историков дефектологии и сурдопедагогики, открывает неизвестные закономерности развития событий в пространстве российского образования XIX – начала ХХ века.

Избранная автором методология позволяет читателю впервые увидеть историю обучения глухих как неотъемлемую часть истории России, почувствовать атмосферу эпохи, дух времени, увидеть людей, чье благородство и преданность делу милосердия, человеколюбия, деятельной благотворительности послужили изменению общественного мнения о возможностях развития и обучения глухого ребенка, устранению барьеров на пути развития отечественной сурдопедагогики. Это исследование раскрывает роль социокультурных контекстов в развитии образовательных систем и позволяет увидеть гораздо более широкий, чем принято было думать, круг людей, по праву относящихся к подвижникам и организаторам отечественной практики обучения глухих, узнать имена тех, кто долгие годы не упоминался, но сделал возможным зарождение отечественной сурдопедагогики.

Читателю представлен разработанный автором инструмент анализа и прогнозирования развития образовательной системы в социокультурном контексте эпохи и убедительно показана результативность его применения в масштабном историческом исследовании.

Результатом исследования стала восстановленная автором в деталях и документально подтвержденная история становления специального образования глухих детей в Российской империи.

Проведенный научный анализ впервые охватывает все территории Российского государства того времени, а потому мы узнаем об организации обучения глухих детей не только в столичных городах – Санкт-Петербурге и Москве, но и в казачьих станицах, маленьких городках, селах (Вязниках, Максимовичах, Сычевке, Немде) и местечках, в Царстве Польском, Лифляндии, Курляндии, Казани и Одессе, Новороссии и Туле, Великом Княжестве Финляндском и Астрахани и др. Результатом исследования стало воссоздание полной географической карты становления специального образования глухих детей в Отечестве.

Важным результатом исследования мы считаем понимание общего и различного в исторических и генетических корнях сурдопедагогических «Домов», создаваемых в разных территориях империи на этапе становления отечественной сурдопедагогики. Показаны сходства и различия сословной принадлежности, образования, верований, ценностных установок и побудительных мотивов организаторов обучения глухих в различных географических точках страны, раскрыта связь между историческими и генетическими корнями создаваемых образовательных учреждений и выбором методов обучения глухих детей, жизнеспособностью и долгосрочностью перспективы существования организованных специальных школ.

Вопросы, которые ранее не возникали у историков дефектологии

Как показывает исследование, история науки и история практики, хотя и связаны между собой, но не тождественны. Наука опережает время, задавая векторы возможного изменения к лучшему ранее сложившейся и доминирующей практики, и в этом заключается ее предназначенье. Практика же, как правило, согласуется с традицией, системой ценностей большинства и запросами эпохи. Потому-то теории обучения глухих могли рождаться в одних странах, а успешно воплощаться в жизнь в других – тех, где сложились предпосылки для реализации высказанных идей и методов специального обучения, в первую очередь – политические, экономические и социокультурные.

Отказ автора исследования от простого хронологического описания исторических фактов в пользу цивилизационного подхода к анализу истории обучения глухих в Российской империи позволяет ему сформулировать вопросы, которыми ранее не задавались историки дефектологии.

  • Почему известный Петру I и Екатерине II европейский опыт обучения глухих не был своевременно воспроизведен в России?
  • Возникновение первых специальных школ есть результат эволюции отношения российского государства и общества к инвалидам или счастливое стечение обстоятельств?
  • Кто и почему оказался в числе пионеров отечественной сурдопедагогической практики?
  • Зависела ли деятельность «первопроходцев» от их вероисповедания, социального статуса, образования, особенностей характера и мировоззрения?
  • Почему вплоть до 1917 года отечественные учебные заведения для глухих не были переданы в ведение Министерства народного образования, сохраняя статус благотворительных?
  • Почему организационные формы и содержание образования детей с нарушением слуха не были унифицированы, да и цели этого образования его организаторами понимались не одинаково?
  • Как случилось, что пионеры специального образования – устроители школ, педагоги, благотворители, живя в одном цивилизационно-культурном пространстве, по-разному понимали цели специального обучения?
  • Почему сеть образовательных учреждений для детей с нарушением слуха в разных регионах Российской империи формировалась по-разному?
  • Если за столетие в стране не удалось выработать единые правила комплектования специальных школ, решить проблему трудоустройства их выпускников, организовать централизованную подготовку сурдопедагогических кадров, выпуск учебно-методической литературы, преодолеть разобщенность научных школ Санкт-Петербурга и Москвы, можно ли было ожидать стремительных позитивных перемен после революции 1917 года?
  • Можно ли советскую специальную школу считать в полной мере правопреемницей дореволюционной?

Последовательно и аргументированно выстраивая цепочку сколь-нибудь значимых прецедентов обучения глухих в России XIX – начала ХХ века, автор отвечает на эти вопросы, создавая достоверную и целостную картину становления отечественной сурдопедагогики. Погружение в исторический и социокультурный контексты способствует сосредоточению читателя на сути происходивших событий, пониманию того, что именно эти контексты – дух и душа времени – определяли вероятность появления специальных школ, их жизнестойкость, долгосрочность перспективы существования, предопределенность темпа и характера развития сети образовательных учреждений для детей с нарушением слуха. Прошлое изучается автором во имя понимания настоящего и прогнозирования будущего.

Чтобы знать в каком направлении идти, нужно обернуться назад, посмотреть, откуда ты

Монография является продолжением многолетнего фундаментального исследования Н.Н. Малофеева логики и условий становления национальных систем специального образования в странах Западной Европы и России [2,3,5]. И если в предшествующих работах автора факты из истории сурдопедагогики служили примерами, иллюстрирующими общие закономерности этого процесса, то теперь в центре внимания целостная история становления образования детей с нарушением слуха, которая рассматривается последовательно и системно.

В 25 главах монографии раскрываются один за другим конкретные события этой истории от момента появления первой и долгое время единственной школы, созданной по инициативе и при деятельной поддержке императрицы Марии Федоровны, до 1917 года, когда все благотворительные учреждения в России прекратили свое существование.

На основе уникальных архивных материалов описаны все, включая неизвестные ранее, прецеденты возникновения в границах империи частных благотворительных школ для глухих детей и их попечительских советов. Автор открывает не просто последовательность героических и трагических событий, участниками которых стали люди разной сословной и профессиональной принадлежности, а определяет место каждого отдельного события в общей картине становления отечественной сурдопедагогики, практики специального образования детей с нарушением слуха. Для этого используются разработанные автором и уже не раз доказавшие свою силу инструменты научного анализа:

  • периодизация эволюции отношений государства и общества к лицам с ограниченными возможностями здоровья;
  • связанная с ней периодизация становления национальных систем специального образования в странах Западной Европы и России;
  • система условий, необходимых для преобразования отдельных частных школ и образовательных инициатив в национальную систему образования [1].

Проведенный анализ вписывает отечественную историю становления образования глухих, слабослышащих и позднооглохших детей в общемировые социокультурные контексты, открывает возможность не только хронологических, но главное – содержательных сравнений и обобщений. Читателю открываются документально подтвержденные истории создания образовательных учреждений для глухих в Западной Европе и в Российской империи, что позволяет сопоставлять не только выбранные педагогические системы и методы обучения, но и основы организации специальных школ, условия их открытия - отношение к ним общества, вклад государства, города, церкви, деятельных благотворителей и филантропов, правила приема детей и требования к сурдопедагогам, круг людей, вовлеченных в становление национальных образовательных систем и их побуждающие мотивы.

Уделяя внимание основам организации образования, автор последовательно проясняет и такой важный для сурдопедагогики вопрос как влияние на отечественную практику обучения глухих разработанных на Западе методов и моделей и, прежде всего, двух конкурирующих педагогических систем – «орализма» и «мануализма», чистого устного и мимического метода.

Исследование доказывает, что известные всем сурдопедагогам «орализм» и «мануализм» имеют свои исторические и генетические корни, являются отражением философии своих стран, представлений о гражданских правах слышащего и глухого человека, ценностных и культурных установок, устоев, обычаев и традиций, принятых религиозных догматов. Понимание связи между системами обучения глухих и социокультурными предпосылками их появления и устойчивого развития позволяет вновь доказывать высказанную в начале 90-х гг. (1996) [6] мысль о непродуктивности механического копирования западного опыта и попыток его стремительного переноса на отечественную почву без предварительного формирования необходимых предпосылок. Автор последовательно разрабатывает и доказывает мысль о том, что устойчивое развитие вновь создаваемых образовательных учреждений для детей с нарушенным слухом не может быть определено исключительно блистательными сурдопедагогическими идеями и их выдающимся практическим воплощением, жизнеспособность, устойчивое и долгосрочное развитие требуют системы условий, лежащих за пределами сурдопедагогики. Доказательством тому служит последовательное рассмотрение истории становления и развития каждого сурдопедагогического «Дома» Российской империи. Мы видим, как различаются сословная принадлежность, образование, установки и верования организаторов обучения глухих в разных регионах страны и как это влияет на выбор методов обучения, жизнеспособность и перспективу развития создаваемых специальных школ.

Выполненное исследование позволяет преодолевать политически ангажированные заблуждения, тиражировавшиеся в учебниках истории сурдопедагогики советского периода, но документально не подтвержденные должным образом.

Живая история

Несомненной заслугой автора книги является его умение превратить рассказ о результатах сложного масштабного теоретического исследования в захватывающее повествование, что делает вышедшую монографию событием в жизни не только опытных профессионалов, но и студентов-дефектологов. Чтение этой книги, несомненно, поможет им понять, что история профессии дефектолога, сурдопедагога – это не трудный для запоминания набор дат и событий, не сухое перечисление биографических фактов, а увлекательная история людей, идей, страстей, закономерных и случайных встреч, борьбы, дискуссий, неудач и побед.

Монография, касающаяся сложнейших проблем истории специального образования детей с нарушением слуха, написана ясно, ярко и увлекательно. Приведем в подтверждение остроумное, интригующее и при этом точное, с точки зрения исследования, оглавление монографии (Список 1).

  1. Судьбоносная встреча: императрица Мария Фёдоровна и Саша Меллер
  2. Школьное обучение глухонемых детей - результат эволюции отношения
    • 2.1 Педро Понсе де Леон: первый опыт индивидуального обучения глухих
  3. Обучение глухих в немецких землях
    • 3.1. Гейнике: «чистый устный метод». Королевский институт глухонемых
  4. Учили ли глухих на Руси?
    • 4.1. Правда и вымысел
    • 4.2. Реформатор Петр I: обучение глухих целесообразно
    • 4.3. Глухая принцесса: указ «О необучении»
  5. Де л´Эпе: французский или «мимический метод» обучения
  6. Рояль в кустах: Гаюи в Павловске
  7. Прихоть императрицы: Училище в Мариентале
  8. Мария Фёдоровна: особая миссия
  9. Санкт-Петербургское училище: 50 лет одиночества
    • 9.1. Карл Гампельн: глухой учитель глухих
    • 9.2. Александра Фёдоровна: смена Почетного Опекуна меняет учебный курс
  10. Параллельное движение: обучение глухих за пределами столицы
    • 10.1. Рижская школа
    • 10.2. Варшавский институт глухонемых и слепых
    • 10.3. Школа в Вильно
    • 10.4. Школа в Москве: «глухих учили понемногу, чему-нибудь, и как-нибудь. Образованием глухого в Москве на мудрено блеснуть…»
    • Образ глухого в литературе
    • Школа в Одессе
  11. Столичное училище: жизнь по инерции
    • 11.1. Бланше: предтеча инклюзивного образования
    • 11.2. Опытное училище при Марии Александровне
  12. Либерализация внутренней политики: рост сети учебных заведений
    • 12.1. Случай Москвы: соперничество c Петербургом
      • 12.1.1. Англия: казус Бульвера
    • 12.2. Случай Великого княжества Финляндского: рост национального самосознания стимулирует появление специальных школ Финско-шведские школы: Алопеус – «апостол глухих»
    • 12.3. Случай Одессы: утрата покровителя – финал частной школы
    • 12.4. Случай Лифляндии: немецкая школа для латышских детей
    • 12.5. Случай Польши: специальная школа – карта в политической игре
  13. Оттепель сменилась заморозками
    • 13.1. Обучение глухих детей, проживающих в черте оседлости
    • 13.2. Случай Новороссии: немцы-колонисты
  14. Первый профессиональный съезд: 28 декабря 1895 - 5 января 1896 гг.
  15. Отдаленные результаты «великих реформ»: формирование системы
    • 15.1. Казань: школу открывает отец глухих детей
    • 15.2. Глухие приходят на помощь глухим
      • 15.2.1. Астрахань: школа Анастасии Тимофеевой
      • 15.2.2. Новочеркасск: братья Бурменские. Отделение при приюте, специальный класс, школа
      • 15.2.3. Тула: школа Л.С. Вознесенской
      • 15.2.4. Лохвицы: школа братьев Варда
  16. Русская православная церковь: ЦПШ для глухонемых детей
    • 16.1. Вязники: ЦПШ протоиерея Веселовского
    • 16.2. Село Максимовичи: ЦПШ о. Моисея Яворского
    • 16.3. Сычёвка: школа-приют: о. Павла Троицкого
    • 16.4. Немда: ЦПШ о. Василия Попова
    • 16.5. Харьковская школа о. Василия Ветухова
  17. Разделение с ВУИМ: Попечительство Г.И.М.Ф. о глухонемых
    • 17.1. Попечительство строит столичную систему специального образования
  18. Второй профессиональный съезд: 27-29 декабря 1903 г.
  19. Созидатели и разрушители: расцвет и гибель Александровской школы-хутора
  20. Под дланью Попечительства: региональные Отделы
    • 20.1. Казус Герцена
  21. Третий профессиональный съезд: 1910г.
    • 21.1. Участники Всероссийского съезда 1910 г. о профессиональном обучении глухонемых
      • 21.1.1. Организация ремесленного обучения в Мурзинке
    • 21.2. Участники Всероссийского съезда 1910 г. о материальное положение сурдопедагогов
  22. Звезды первой величины: учебные заведения Петербурга, Москвы и Варшавы
  23. Вопрос урядника Климова: «Почему не учат глухих казачат?»
  24. Попечительство Г.И.М.Ф. о глухонемых накануне первой мировой войны
  25. Лидеры, середнячки, аутсайдеры?
  26. Финал: август 1914 – февраль 1917 гг.
Студенты, успевшие прочитать монографию, отвечая на вопрос о своих впечатлениях, как правило, говорят о том, что всегда считали историю скучным предметом, а он оказался интересным, даже увлекательным.

Дефектолог. Исследователь. Писатель. Стилист. Иллюстратор

Опубликованный текст можно по праву причислить к блестящему литературному изложению результатов строгого и документально подтвержденного исторического исследования в дефектологии. Выбранная автором методология исследования требовала реконструкции эпохи, описания примет времени, поэтому в интересах читателя он временами оправданно переходит в жанр документального исторического романа. Именно в этом жанре выстроен рассказ об историческом событии, ставшем отправной точкой развития сурдопедагогики в России.

«Осень 1806 г. выдалась на удивление мягкой, сентябрь теплом превзошел июнь, да и в октябре воздух подчас прогревался до семи-восьми градусов. В эту пору Павловск особенно привлекателен, а потому вдовствующая императрица Мария Фёдоровна часто совершала неспешные променады по пейзажным дорожкам вокруг Мариентальского пруда. В тот день и погода, и настроение располагали к прогулке. Любуясь осенними видами, Мария Фёдоровна не преминула в очередной раз заметить, что о страшном январском пожаре 1803 г. почти ничто не напоминало. Дворец восстановили достаточно быстро. Конечно, шедшая под руководством кудесника Петра Фёдоровича Гонзаги роспись галереи ждала завершения, но все говорило о скором явлении «Павловского чуда». Тридцатилетнее проживание в России не изменило ни лютеранской души государыни, ни сложившейся в детские годы картины мира. Представления Марии Фёдоровны о природе, духовной сфере, обществе, о самой себе равно сочетали и ценности протестантской трудовой этики, и идеи Руссо, с его предпочтением сердца разуму. Великолепие окружающего рукотворного ландшафта убедительно подтверждало справедливость когда-то внушённого ей наставниками постулата: «Труд – достойное и славное средство прославления и утверждения Бога!» Увы, далеко не все из ближайшего окружения императрицы разделяли порывы «нежного сердца» и «прекрасной души <…>

О рождении необычного для тогдашней России училища вполне уместно поведать в жанре сказки. «Гуляла однажды царица по саду и встретила глухонемого мальчика. Сжалилась государыня над несчастным и решила выучить его речи, а потому повелела отправить бедняжку в тридевятое царство, славное особыми школами. Услыхали о том парнишкины батюшка с матушкой и заплакали: “Пошто нам горе такое, на долгие годы с сыночком расстаться? За что ему, несчастному, два наказания – мало что глухой, так еще и учиться?” Сжалилась сердобольная царица и решила выписать умелого наставника из тридесятого государства в Павловск… <…>

Роль героя и в сказке, и в реальной жизни выпало сыграть одному из детей генерал-майора Меллера – Саше. Приземлить сказочный сюжет можно лишь вновь мысленно возвратившись в октябрьский Павловский парк образца 1806 г. Для современного читателя следует пояснить, что парк этот в силу объективных причин являлся общедоступным» <…>

Реальная история известна из первоисточника – опубликованных воспоминаний Александра Меллера. Началось всё со случайной встречи императрицы с хорошо знакомой ей Екатериной Ахвердовой, прогуливавшейся с племянником в Павловском парке. «Государыню не стесняло присутствие посторонних посетителей; напротив, её всегда было приятно видеть гуляющие толпы народа. Но с особым удовольствием она встречала всегда играющих детей, расспрашивала, где они учатся, кто их родители и чем занимаются; она была в Павловске гостеприимной хозяйкою и рада была всем приезжим доставить удовольствие». Удивленная молчанием насупившегося подростка, государыня неодобрительно поинтересовалась: «Почему мальчик не здоровается?» «Немой он, Ваше величество!» – оправдывая поведение племянника, с горечью отвечала его тетка… <…>

Из шести их детей генерала Меллера трое страдали глухотой. Печальная история весьма расстроила императрицу. «Приняв положение семьи нашей близко к сердцу, – позже запишет Александр, – со свойственным ей состраданием, [императрица] сказала: “За границею на участь подобных детей давно уже обращено внимание правительства, там для образования их учреждены специальные институты, а у нас к сожалению в этом отношении ничего не сделано”. 〈…〉 Императрица предложила 〈…〉 отправить меня вместе с ее братом герцогом Вюртембергским заграницу для поступления в Институт»

Автор умело пользуется не только различными литературными жанрами для изложения содержания исследования, но и выстраивает картину эпохи в фотографиях, гравюрах, картинах, почтовых марках. Подобранные иллюстрации помогают проникновению в культурно-исторические контексты становления отечественной сурдопедагогики, дают возможность увидеть приметы времени и вдохнуть воздух далекой эпохи.

Оригинальная идея проиллюстрировать историю сурдопедагогики тематическими почтовыми марками разных стран помогает понять, как высоко ценились и почитались основоположники и благотворители дела обучения глухих детей. Портреты этих людей тиражируются наряду с портретами государей, великих завоевателей, выдающихся ученых, первооткрывателей.

Найденные автором и никогда ранее не использовавшиеся для иллюстраций истории сурдопедагогики почтовые марки помогают почувствовать атмосферу эпохи, царящую в ней ценность деятельной благотворительности, милосердия, гуманитарного знания, признания ценности образования как слышащего, так и глухого человека, без которого не может быть достойного будущего ни у него самого, ни у общества, в котором он живет.

Событие в жизни потомков благотворителей и подвижников

Опубликованная монография станет событием и в жизни потомков тех удивительных людей – благотворителей, филантропов и волонтеров, чьи имена нередко скрывала тень забвения, чьими усилиями формировались в Отечестве условия для развития практики обучения глухих. Автор возвращает нашей памяти имена подвижников, способствовавших вхождению России в круг стран-лидеров в деле школьного и ремесленного обучения глухих. С первых страниц читатель стремительно погружается в прошлое, насыщенное малоизвестными, подчас невероятными событиями, открывая неизвестную большинству сторону жизни российских купцов, промышленников, предпринимателей, аристократов, части духовенства, врачей, связанную с деятельной помощью детям с нарушенным слухом.

«Усилиями людей, лично симпатизировавших глухому сурдопедагогу Арнольду, создается (1863 г.) Попечительное об училище общество во главе с Левенштейном. К сожалению, предприниматель-филантроп вскоре скончался, но исполнять свою миссию Попечительство продолжило. Вошли в него вдова Левенштейна - Маргарита Агапитовна, дочь купца Мамонтова Якунчикова, знаменитые московские купцы-филантропы: Горбов, Боткин, Третьяков, скульптор Кампиони, а также однокашник Арнольда Павел Веймарн. В пику столице купеческая Москва поддержала намерения выходца из «немецкой слободы» и помогла реализовать их на практике. Есть основания утверждать, что попечители из русских купеческих семей поддержали глухого учителя в память о блестящих коммерческих уроках, некогда полученных от его отца.

Московский купец, коллекционер, филантроп, основатель знаменитой галереи Павел Михайлович Третьяков однажды написал дочери: «Моя идея была с самых юных лет, наживать для того, чтобы нажитое от общества вернулось бы также обществу (народу) в каких-либо полезных учреждениях; мысль эта не покидала меня никогда во всю жизнь».

В 1866 г. члены Попечительства <…> пишут и передают Московскому Городскому Голове князю Щербатову проект «Устава Московского училища для глухонемых и учрежденного при нём, под покровительством Московской Общей Думы, Арнольдовского общества». Устав будет утвержден императором Александром II через три года (1869 г.)

И вновь, как это не раз случалось в истории отечественного специального образования, вмешалось провидение. Пост Председателя Общества, согласился занять искушенный в денежных делах купец из старообрядцев Третьяков. Четырьмя годами ранее в жизни Павла Михайловича состоялось важное событие – женитьба. Избранницей Третьякова стала двоюродная сестра не менее известного предпринимателя, промышленника и филантропа С.И. Мамонтова Вера Николаевна. Со временем она войдет в Попечительский совет Арнольдовского училища для глухонемых детей, в котором собрались представители нескольких богатых купеческих староверческих родов – Боткиных, Мамонтовых, Морозовых, Солдатёнковых, Третьяковых.

Полагаем, не без помощи единоверцев, Председатель попечительного комитета за время деятельности на общественном посту (1869–1898 гг.) девятикратно увеличил уставной капитал: с 24000 до 200 000 рублей, сумев при этом приобрести без кредитов дом с земельным участком (1873 г.). Всего через три года училище переехало на Донскую улицу в собственное каменное, трехэтажное с подвальным помещением здание.

«П.М.Третьяков завещал училищу 200 000 рублей. В основном на его средства было построено в 1875 году новое трехэтажное здание училища 〈…〉 Позднее П.М. Третьяков выстроил в училищном саду прекрасную больницу и снабдил ее необходимым инвентарем. 〈…〉 П.М. Третьяков часто бывал в училище, присутствовал на уроках и экзаменах, следил, чтобы учащихся хорошо кормили и одевали, знал всех преподавателей».

Монография позволяет подробнее узнать и филантропическую сторону жизни императрицы Марии Фёдоровны, инициировавшей обучение глухих в России. Ее «Портрет» написан с подобающими ее деяниям уважением и любовью. Посвященная монаршей персоне часть монографии открывает в государыне человека высокообразованного, мудрого, человека сложной судьбы, сумевшего превозмочь вынужденное одиночество и выпавшие на ее долю страдания, направив свои силы и ум на дело помощи тем, кто в ней особенно нуждался - глухим детям.

«Рассказывая о возникновении диковинного для России специального учебного заведения, мы, в силу очевидных причин, постоянно упоминаем имя государыни Марии Фёдоровны. Без её личного участия, вне всякого сомнения, школы для глухих появились бы в отечестве не ранее чем через полвека. Кажется, будто некий ангел-хранитель российских глухонемых детей, если таковой существует, вел Марию Фёдоровну по предначертанному пути, дабы она могла исполнить возложенную Господом миссию»<…>

«Открытие первых Королевских училищ для глухих во Франции, Саксонии Австрии, Англии, Италии, Пруссии, Голландии было результатом политических и экономических реформ, секуляризации общественной жизни, законотворчества в области гражданских и имущественных прав, развития науки (философии, медицины, педагогики), университетской традиции, неуклонного роста числа светских школ, книгопечатания, переосмысления прав людей с сенсорными нарушениями, накопления успешного опыта их индивидуального обучения. Российское Училище обязано своим появлением исключительно желанию воспитанной в протестантской традиции добросердечной императрицы. А потому не станем удивляться тому, что отечественная специальная школа возникла по инициативе государыни немки, под наблюдением тифлопедагога француза Гаюи, при участии польского ксендза Анзельма. Благодаря происхождению, воспитанию, личным качествам и высокому государственному статусу вдовствующая императрица Мария Фёдоровна стала, как ни парадоксально это звучит, пионером обучения глухих в России. Неоценим ее вклад в дело развития светской деятельной благотворительности. Деяния государыни на посту главы Опекунского Совета служили примером филантропии, исходящей из внутренней потребности творить добро тем, кто нуждался в помощи и милосердии».

Завершая краткий обзор результатов научного исследования, подчеркнем, что оно ставит новые вопросы, открывает новые смыслы и ориентиры в понимании давно известных и, казалось бы, устоявшихся вещей в истории сурдопедагогики, вот почему это увлекательное научное чтение!

  • 1. Гончарова Е.Л., Малофеев Н.Н., Кукушкина О.И. Термин «Система специального образования». В кн.: Специальная психология и коррекционная педагогика: эволюция терминов: учебное пособие (текстовое электронное издание) / О. И. Кукушкина, Е. Л. Гончарова, Н. Н. Малофеев; Ленинградский государственный университет имени А.С. Пушкина. – Санкт-Петербург: ЛГУ им. А. С. Пушкина, 2022. – 1 CD-ROM – Загл. с титул. экрана. – Текст: электронный.
  • 2. Малофеев Н. Н. Специальное образование в меняющемся мире. Россия: учеб. пособие для студ. пед. вузов. В 2 ч. Ч. 1. – М.: Просвещение, 2010.
  • 3. Малофеев Н. Н. Специальное образование в меняющемся мире. Россия: пособие для студ. пед. вузов. В 2 ч. Ч. 2. – М.: Просвещение, 2012.
  • 4. Малофеев Н.Н. Как это было в Отечестве: Практика обучения детей с нарушением слуха в Российской империи (1806–1917 годы). – М.: Наука, 2023. – 381 с.
  • 5. Малофеев Н.Н. Специальное образование в меняющемся мире. Европа. – М.: Просвещение, 2018.
  • 6. Малофеев Н.Н. Становление и развитие государственной системы специального образования в России : автореферат дис. ... доктора педагогических наук : 13.00.01, 13.00.03 / Николай Николаевич Малофеев. Ин-т коррекционной педагогики. – Москва, 1996. – 81 с.

Библиография


Гончарова Е.Л., Кукушкина О.И. История специального образования: новое фундаментальное исследование и увлекательное чтение. // Альманах Института коррекционной педагогики. Альманах №54 2023 URL: https://alldef.ru/ru/articles/almanac-54/history-of-special-education-new-fundamental-research-and-fascinating-reading (Дата обращения: 21.02.2024)

©Альманах. ISSN 2312-0304. Все права защищены. Права на материалы охраняются в соответствии с законодательством РФ, в том числе, об авторском праве и смежных правах.
Альманах
АЛЬМАНАХ

Первое научное издание, специализирующееся на публикации результатов исследований в области коррекционной педагогики и специальной психологии, не имеющее печатного эквивалента, выпускающееся более 20 лет!

Наш сайт использует cookies (куки). Продолжая им пользоваться, вы соглашаетесь на обработку персональных данных в соответствии с политикой конфиденциальности